Новогодняя сказочка

С девятого этажа горизонт распахивался дивной панорамой. Между горизонтом и моим взглядом располагались: заснеженный городок в вихрях позёмки, спешашие по праздничным делам фигурки людей, 50 метров воздуха со снегом, термометр с минус девятью градусами и, наконец, двойной стеклопакет, хранящий тепло и уют в квартире. Я стоял у батареи с кружкой чая в руке, и мне было тепло.

Сзади послышались шаги.

Я точно знал, что в квартире я один. И что замков на двери два. И что оба заперты.

Сзади послышались шаги.

Видимо, заоконный пейзаж настолько меня умиротворил, что я даже не удивился и не испугался. Я просто обернулся.

В дверях кухни стоял человек. В тёмных драных штанах, куцом пальто и без шапки. Рассыпавшиеся тёмные волосы. Интеллигентное, невероятно осунувшееся лицо.

-- Простите, -- заговорил он первым, -- у Вас найдётся чего-нибудь поесть?

Нормально, да? Стоишь вот так один в пустой квартире и вдруг слышишь просьбу угостить обедом.

-- Ты кто такой? – довольно агрессивно начал я, отставив кружку на подоконник и сделав шаг навстречу.

-- Я... – начал гость и вдруг «поплыл», ухватившись руками за косяк, явно теряя сознание, и оказался на полу.

Чёрт! Быстро обхлопав лежащего и не найдя оружия, я перетащил его на диван. Задумался, но визитёр очнулся сам. Видно было, как несколько секунд он собирался с силами, прежде чем заявить слабым голосом:

-- Я из Ленинграда. У нас блокада, помните? Я... мы изобрели машину времени. Нам нужна помощь.

Я как-то сразу ему поверил. Не логикой, не умом. Что-то в самом его голосе, в интонации было более чем убедительным.

-- Вы что-нибудь сегодня ели?

-- Нет... то есть да... хлеб. По норме. Нам нужны продукты. Вы можете помочь?

Я налил стакан сока:

-- Пейте.

Гость покачал головой:

-- Я могу забрать только пять килограмм. Ограничение технологии. Сок... малопитателен, -- тут он встрепенулся -– а почему Вы так быстро поверили? У меня только четыре минуты, и я боялся, всё уйдёт на объяснения... или? -– его брови приподнялись.

-- Конечно, -- кивнул я -– сегодня мы все знаем, что именно в блокадном Ленинграде советскими учёными была изобретена машина времени. Только имя автора по-прежнему держится в секрете. Я полагаю, он всё ещё жив и работает. Наверное, он очень молод?

-- Да, -- признался гость после короткого молчания –- доцент Семёнов. Сейчас... ему 19. Он гениален. Но нет продуктов. Скажите, сколько будет длиться блокада?

-- До 43-го – сказал я, -- но главное -- пережить первую зиму. Дальше будет легче. И давайте к делу. У вас есть сумка?

Он вытащил откуда-то матерчатый мешок, и я принялся собирать всё по кухне. Бросил пакет пряников со стола, сгрёб все конфеты. Открыл холодильник. Хлеб, колбаса, масло – в мешок. Холодильник, к сожалению, был почти пуст. И вряд ли я за оставшееся время успею зайти в магазин... о! Морозилка!

-- Варить есть на чём?

-- Да. Вода, дрова.

Я выгреб из морозилки все пельмени, вареники, свои и Александра. Взвесил мешок в вытянутой руке.

-- Что будет, если вес превысит ограничение?

-- Я не вернусь. Придётся что-то оставить и повторить попытку.

-- А как Вы попали именно в квартиру? Ведь Земля же вращается, и вообще...

-- Почему-то точка прибытия резко тяготеет к обитаемым помещениям высоко над землёй, и преимущественно в Сибири. Мы сами этого не понимаем. Надо ставить опыты...

Так. Я окинул взглядом кухню. Что ещё?

-- Кофе?

-- Нет, спасибо.

-- Алкоголь?

-- Это было бы полезно. У Вас есть?

Я распахнул полку. Вино не годится, в нём одна вода. Виски плескалось треть бутылки, едва ли больше веса самой тары. Ага! Коньяк, непочатая бутылка «Дагестана». Я сунул её в мешок.

-- Возьмите, -- и протянул гостю горсть сахарных кубиков, -- и съеште это. А то свалитесь, не дотащите.

-- Спасибо! Огромное спасибо!

Взяв мешок, визитёр шагнул из кухни, остановился на пороге.

-- Спасибо, ещё раз... и... не смотрите, как я буду исчезать. Это может быть опасно.

Он вышел. Тут же ударил хлопок инфразвука. Я выбежал в зал. Никого!

Чай в кружке ещё даже не остыл. Я осторожно отхлебнул. Глюк? Конечно, нет. Пустая морозилка свидетельстовала об этом лучше моей памяти. Не мог же я сожрать за 4 минуты три пачки пельменей?

Нет, это, конечно, был не глюк. Но я солгал гостю. Никто и ничего у нас не слышал про машину времени. Надо полагать, её автор, гениальный Семёнов, всё-таки не выжил. Моей помощи оказалось недостаточно. Что-то там такое стряслось, что эта временная петля не замкнулась. Обстрел. Бомбёжка. Тиф. Машина времени осталась неизвестной, по крайней мере в нашем времени.

Но не мог же я прямо сказать ему: «всё зря, вы погибнете». Я должен был поддержать это чудо, как бы ничтожен ни был его шанс.

Впрочем... шансы... я ухмыльнулся. Сравнивая вероятности событий «путешественник во времени из Лениграда» и «бомж с лестничной площадки, высококвалифицированно вскрывший дверь и талантливо меня разыгравший», надо признать: второе выглядит безмерно достовернее. Даже учитывая, что дверь осталась запертой – всё равно.

И тем не менее, бывают ситуации, когда надо быть идиотом, чтобы остаться человеком.

Ни о чём не жалея, я принялся собираться в магазин. Надо было купить новых продуктов, потому что мне не хотелось пересказывать подробности этой истории Александру. Ибо сказка, конечно, красивая, да только кто ей поверит?

 

09.01.2012